 | | May. 28th, 2009 @ 11:07 am алекСАНДРА |
|---|
Я ненавидела свою школу. Нет, с учителями и учебой больших проблем не было. Просто каждое утро приходилось настраиваться на то, что сегодня снова надо выстоять. Выстоять против очередных обид от своих сверстников. Не думаю, что они были такие уж злые. Мы были разные. Меня не учили защищаться и давать сдачи. И в подхалимаже как-то особо не преуспелось. Я не примыкала к свите лидера, не точила языки в сплетнях, а жила своей жизнью. И когда надо мной начинали зло подтрунивать, совершенно искренне думала, что я это заслужила. Что я убогая, страшная и пизданутая. Открытых конфликтов не было. Возможно, потому, что моя мама работала завучем в той школе, где училась я. Боялись. Но исподволь жалили оскорблениями, и презрением.
Подружки были. Но это не была та дружба, которая заставляет людей стоять горой друг за друга. Почирикать за музыку, посочувствовать за двойку - да, дать по башке тем, кто обижает - нет. Стремно. Проще замкнуться в себе и отдалиться от других изгоев. И знаете почему? Потому что если кооперируешься с другим изгоем, то начинается более изощренная травля. Ломают так, что сам начинаешь с толпой скалить зубы на самого слабого. И мне довелось почувствовать, как обнажаются верхние клыки и на лице проявляется звериная гримаса. Нахуй. Прости, Ленка, прости, Мишка. Ужасно чувствовать себя предателем, но еще хуже - побивающим камнями. Когда говнометатели рассеиваются на разные жертвы, сила ударов ослабевает. Вечером зализываешь душевные раны, борешься с приступом панической атаки, латаешь лохмотья, оставшиеся от собственного достоинства и самолюбия, и хуячишь в школу дальше. Или, если уж совсем вилы, симулируешь очередную болячку, чтобы за неделю восстановить силы.
В старших классах стало немного полегче. У всех появились более весомые интересы, мы повзрослели. Но что-то все-таки осталось. Что это было - пренебрежение, зависть или детская жестокая глупость? А может, прайдовый конфликт? Я не чувствовала себя своей. Мало того, я чувствовала, как основной костяк выдавливает меня из своего сообщества.
На все это я уже давно научилась класть с высокой колокольни. У меня были бальные танцы, где появились новые друзья; стихи, музыка и мечты. И в этом во всем я научилась прекрасно существовать. Пока не поехала в Швейцарию.
В нашей школе была очень деятельная немка, которая на волне перестройки и интереса ко всему советскому в Европе, научилась лихо дружиться с немецкоговорящими школами. И каждый год наши десятые классы летали то в Германию, то в Австрию. И вот - Швейцария.
С Петрой мы сразу подружились. До их приезда перекинулись письмами с фотографиями. (Гы, причем, ее письмо мне отдали последней. Долго распределяли, видно, кому достанутся самые зажиточные бюргеры). В Шереметьево сразу узнали друг друга, сразу же сели вместе в наш автобус и потом расставались только на время экскурсий и сдачи моих контрольных.
Иностранцы были очень классные. Рауль немного говорил по-русски, и его чувство такта и чувство юмора легко преодолевали трудности общения. Кристиан - галльский красавец со светло-русыми вьющимися до плеч волосами - обладал магнетическим тембром голоса и невероятным обаянием. Его девушка Кристина (а может, и не Кристина, но так запомнилось, наверное, из-за Кристиана) была страшненькая на лицо, зато у нее были настоящие красно-рыжие мелоковьющиеся волосы, она была чувственная и изящная как кошечка. Я умилялась тому, как они воркуют между собой, как она сидит у него на коленях, как они заботятся друг о друге. Та же пара вызывала у остальных русских школьников смешки и издевки (сказанные, конечно же не им в лицо). Имен остальных уже не помню. Помню только, что на волне моего увлечения MTV, они мне все казались сошедшими с экрана телевизора. И самое удивительное для меня тогда, что и они были на той же самой волне! С моим, мягко скажем, скромным языковым запасом, мы с упоением обсуждали Доктора Албана, East-17, 2 Unlimited, Уитни Хьюстон, Мадонну и многих других суперзвезд того времени. Вот и получалось так, что из всей русской группы, больше всех тусовалась с ними я. Наши предпочитали кучковаться по своим углам и из них безопасно шушукаться и перешептываться обо всей иностранной братии.
Острые трения с моими начались в Швейцарии.
В самолете девчонки, которые сидели со мной в одном ряду, сразу же отправили меня меняться местами с их подружкой, что оказалась в группе бразильских футбольных болельщиков. В том году в Швейцарии проходил, кажется чемпионат мира по футболу. Поменялась и не обломалась ни разу! Мое место оказалось ровно посередине между юной креолкой, благополучно проспавшей весь полет, и чуваком средних лет, с дредами как у Боба Марли и лицом цвета мореного дуба. Как вскоре выяснилось, это был... учитель немецкого языка! И как еще чуть позже выяснилось, методика преподавания немецкого языка в Бразилии мало чем отличается от советской. Три часа полета мы прекрасно прообщались на схематичном немецком, и мало того, что прообщались - бразилец умудрялся меня на нем же править! Все огрехи в построении предложений, не вытравленные из меня за шесть лет зубрежки и контрольных, смылись за время полета над Европой. И еще он мне сказал одну важную вещь, которую я запомнила. Пытаясь объяснить ему какое-то явление, я полезла за словарем, вытащила его... и тут же его черная лапища пригвоздила книжицу к сумке. Дословно его мысль звучала так: хочешь выучить язык, забудь о словаре. У тебя достаточно слов и образов, чтобы объяснить на пальцах смысл того, что ты хочешь выразить. Постарайся объяснить суть, и тебе найдут для нее слова. И ты их запомнишь тут же. А слово, выхваченное из словаря, улетит из твоей головы раньше, чем ты о нем снова вспомнишь.
В общем, в Цюрихе, я уже не чувствовала (лукавлю, конечно, но все же, не совсем и вру) резкой смены языковой среды.
Десять дней в Швейцарии - это целая жизнь. Яркая, счастливая и безмятежная.
И даже не из-за их уровня жизни. Да, там все чисто, красиво, богато.
Сами швейцарцы были мне ближе по духу и характеру.
Они всегда были открыты для общения. Их интересы пересекались с моими. Мы смеялись одним шуткам и одинаково сопереживали, если возникали проблемы.
Впрочем, в собственные проблемы я старалась никого не вовлекать. Я так привыкла. И во время одного из путешествий по Альпам в суперскоростном поезде, наша группа (не вся конечно, но нашлись персонажи) что-то такое опять сказанула мне, от чего настроение испортилось и на глаза выступили слезы обиды. Я тихо встала и вышла в тамбур вагона, прислонилась лбом к оконному стеклу и разрыдалась. И вдруг почувствовала легкое касание по плечу. Я обернулась. Передо мной стояла Кристина, а немного поодаль, у дверей - Кристиан. Они смотрели на меня с сочувствием, ласково. Я вымученно улыбнулась и сослалась на сильную головную боль. Мы немного еще постояли. Кристина гладила меня по руке. Кристиан был с нами. Потом они отвели меня обратно. Я села читать BRAVO, купленный на одной из станций. Иногда поднимала глаза от страниц, и если встречалась взглядом с кем-то из швейцарцев, благодарно улыбалась. И до сих пор, вспоминая о своей поездке, я благодарю судьбу за то, что мне посчастливилось в пятнадцать лет попасть в другой мир, познакомиться с замечательными людьми, погрузиться в прекрасную культуру, которая здорово определила мое развитие.
Я не скажу, что моя группа состояла из каких-то монстров.
Но на тот момент это были разные миры.
И мне со швейцарцами было теплее душой и интересней. Вот и все. Я увидела, что отношения, о которых я мечтала, возможны. И НОРМАЛЬНЫ.
Почему я это написала?
Да вот поэтому:
Обычно я не поддерживаю всякие акции, но эта ситуация жжет душу.
http://redegb.com/xaninhanossa/
И дело не в странах. Дело в людях. Что такое быть изгоем, ненавидимым за то, что другой, просто другой, что это такое, я знаю. Что такое душевный холод от близких людей, что такое неконтролируемые приступы гнева от матери, я тоже очень хорошо знаю. И что чувствует детская душа, нашедшая тепло и радующаяся ему, я помню. И очень надеюсь, что у этой девочки все-таки есть шанс вырасти в тепле. |
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
strijaques's journal
Слышишь вопли и стоны? Во Тьме незнания загорается три огня – это глаза Богини Кали.Повторяй «Джай Мата Кали, Джай Мата Дурге, Кали, Дурге – Намо Намах», что означает «Да здравствует Кали, Да здравствует Дурга, Кали и Дурге – почитание, почитание!», чтобы почтить Её и Богиню войны Дургу.Кали – Богиня, разрушающая иллюзию и уничтожающая ложную самость. Да будет с тобой её милость, если ты следуешь Своему Закону на пути к знанию.